Category: транспорт

good

НОЧЬ В ПОЕЗДЕ (не сон)

Из Нижнего Новгорода я уезжал в 23:30 фирменным поездом "Нижегородец". Билет в последний вагон. Купе. Верхнее место. Проверяя паспорт, проводница на мой вопрос, не обнаружится ли случайно свободное нижнее местечко, проворчала:
- Полная загрузка...
- Да что вы? - изумился я. - Я прошёл вдоль поезда. В плацкартных куча свободных мест.
- А что вы хотите? - сварливо отозвалась проводница. - Один купейный вагон на весь поезд. Всегда полная загрузка.

Удивлённый таким странным положением дел (почему бы не сделать 3-5 купейных вагонов, если такой спрос?), я добрался до своего купе. Чисто, светло. Счастливая интеллигентная пара, которая ворковала о чём-то, отправилась в вагон-ресторан, не забыв пригласить и меня - мол, пойдёмте вместе, выпьем, познакомимся поближе. Я вежливо отказался - мечтал поскорее уснуть.

Поезд набрал ход, мы уже выезжали за город, как вдруг в купе зашёл четвёртый недостающий пассажир - длинный, нескладный молодой человек лет 30-ти, очень стеснительный.
- Бежали за поездом и, наконец, догнали? - попытался я разрядить обстановку.
- Что? А, да... - он хмыкнул, снял куртку и прямо в брюках и свитере лёг на свою нижнюю полку (место номер 15). Сложив руки на груди, молодой человек высоким голосом объявил:
- Еду до Владимира. Это через три часа. Так что долго тут не задержусь, - он закрыл глаза и почти сразу уснул.

Меня это устраивало полностью, у меня были точно такие же планы: лечь и уснуть. Но не тут-то было. Прямо над моей головой что-то начало дребезжать. Я поочерёдно потыкал пальцами в потолок, в полочку, светильник, стенку, потом хаотически во всех направлениях - бесполезно. Как будто какая-то деталька разболталась от ежедневной тряски и где-то совсем рядом болтается, но где именно - неизвестно. Я заткнул одно ухо уголком от пододеяльника, второе прижал посильнее к подушке (стало чуть легче) и, в конце концов, задремал.

Меня разбудила тишина. Поезд стоял. В купе слышалась какая-то возня. Я осторожно скосил глаза и увидел молодого полицейского, который в полной темноте внимательно разглядывал спящую подо мной девушку. Потом он склонился к пустой соседней полке (стеснительного парня из Владимира уже не было). Затем выпрямился и стал пронзительно смотреть на моего соседа по верхней полке. Я сделал вид, что сплю, но подсматривал через полуприкрытые глаза. Полицейский снова наклонился к свободной полке и неожиданно вполголоса сказал:
- Ага! 15-е место здесь!

Потом стремительно скинул шапку, куртку, ботинки, вытянулся на полке и сложил руки на груди - точь в точь как тот нескладный парень, который совсем недавно лежал на том же месте.

Больше ничего не мешало мне спать, и я провалился в глубокий сон. А проснулся уже от объявления проводницы: "Наш поезд прибыл в Москву на Ярославский вокзал". Я открыл глаза. Мои соседи по купе исчезли. За окном медленно проплывал перрон.
bad

КАК Я ЧУТЬ НЕ ПОДРАЛСЯ В МЕТРО

Сегодня с Дариной возвращались домой после прогулки - гуляли по Красной площади, ходили по ГУМу (обошли все мостики и лестницы), а в Охотном ряду обедали, трогали фонтан и катались на стеклянном лифте - в общем, разнообразили жизнь. Ещё когда заходили в полупустой вагон метро, я заметил двух пареньков лет 20-ти с одним на двоих плеером и с наушниками - по одному каждому. Пацанов сильно качало, они были здорово навеселе. Мы с Дасей сели метрах в пяти от них. Через минуту мне померещился запах сигаретного дыма. Я посмотрел вокруг. Все сидели с совершенно безучастным видом. А ещё через минуту я увидел и сам дым, и пепел, который опустился мне на брюки. Один из этих типов совершенно открыто курил. Вокруг были всё те же АБСОЛЮТНО безучастные лица.

...Что-то как будто взорвалось во мне! Я забыл о том, что со мной ребёнок, вскочил, подлетел к этому типу и начал на него орать. Вырвал у него из рук сигарету, растоптал её, потянулся к кнопке экстренной связи с машинистом и пригрозил, что сдам его милиции. "Да, ладно тебе, успокойся, мы уже выходим, какая ещё милиция..." - он нагло улыбался, и я, не сдержавшись легко ткнул его в лицо. Он сразу взвился: "Руки! Руки держи при себе!" Тут вдруг очень кстати оказалась станция "Маяковская" и я стал орать: "А ну, вышел, сука! Вышел из поезда, быстро!" И они вышли, улыбаясь. Их оказалось трое.

Уже потом я подумал, что мог получить по полной программе, что в первую очередь должен был думать о ребёнке, что надо было только говорить с ними - твёрдо и уверенно, - и ни в коем случае не распускать руки... Но это было потом.

А тогда я вернулся, сел рядом с Дариной и осмотрелся по сторонам. Лица вокруг слегка изменились, теперь все смотрели на меня с какой-то брезгливостью, как на душевнобольного. Дарина испуганно интересовалась сутью произошедшего. Я разъяснил.

И вот теперь мне ужасно хреново на душе от всей этой истории. Мне плохо от того, что я не сдержался, что распустил руки. И от того, что всем всё пофигу. Как будто в дерьме искупался.

Ужасное чувство... Но как поступить в следующий раз, если ситуация повторится?
good

ЧАРДАШ (медленная часть, начало)

Нет, ну нет у меня никаких сил, чтобы закончить этот концерт в двух частях. Надо было заставить себя написать всё именно там, в Будапеште. И не потому, что кое-что стало уже забываться, а что-то и вовсе забылось. Просто за окном сейчас столичная жара, пыль, гул проезжающих машин, вопли детей и подростков, музычка из открытых окон «отдыхающих» москвичей – в общем, как сказано в анекдоте, «тыпычно русский пэйзаж». И это навевает грусть, и хочется опять туда. Обратно…

… Туда, где в метро, например, нет турникетов. А есть какие-то стоечки на которых закреплены маленькие такие оранжевые коробочки с небольшой прорезью. Вставляете туда кончик длинного узкого билетика и уже через секунду, вытащив его, видите отпечатанную мелким шрифтом надпись с датой и временем. Расстояние между стойками метра два. Собственно, это и вход, и выход. Я уж решил, было, что в Венгрии наступил коммунизм, но Тиней сразу меня успокоил: «Иногда устраивают засады. Специальные контролеры с красными повязками проверяют билеты на выходе, когда человек уже расслаблен – мол, всё получилось, проехал бесплатно. И тут его - раз! Будьте любезны, платите штраф». Билет стоит 160 форинтов, а штраф – 2000. По-нашему, это 10 баксов. Билет – универсальный, на все виды транспорта, 75 центов, то есть 21 рубль. А метро мелкое, в основном без эскалаторов (кроме самого центра города). И есть еще одна ветка – историческая. Когда-то вместо поездов людей там перевозили конные экипажи. В это метро и вовсе заходишь, как в подземный переход. Там очень маленькие и очень уютные вагончики. Кстати, на остальных ветках вагоны российского производства, такие же как в Москве и в Питере. Но только сиденья в них покрыты не дерматином, а велюром. Это очень впечатляет. Стоит ли говорить, что ни одного распоротого или зашитого я не видел? Константин (коллега Тинея по Церкви – об этом я еще расскажу) спросил меня: «Как ты думаешь, как ведут себя подростки поздним вечером в вагонах метро и что они пьют?» «Ну, как везде, наверное: ведут себя асоциально, орут, хамят, громко матерятся и пьют продвинутое пиво». «Я позавчера ехал домой последним поездом, - с нескрываемым удовольствием сказал Костя. – Когда я вошел в вагон, они со мной вежливо поздоровались, но ни одного знакомого лица я не увидел. То есть, просто поздоровались с взрослым человеком, уважения проявили. Всю дорогу они, конечно, веселились, болтали, смеялись, но очень негромко, и пили при этом пепси-колу!» Он победно посмотрел на меня, но поскольку это был уже мой шестой день в Будапеште, я даже не удивился…