| АХИНОСЕЕВ И ГРИНВИЧ |
[Mar. 6th, 2019|10:50 pm]
О.Б.
|
(на основе реальных событий) Ахиносеев проснулся на лавочке возле какого-то кафе на 25 октября, бывшей Никольской. По тому, как тряслось его узкое, сухое тело, понял, что на улице зябко. Он с интересом понаблюдал за ознобом, потом успокоился. Тёмные люди, кутаясь в поднятые воротники, торопливо шли мимо. Дворник в нелепом жилете колол ломом заскорузлый, оставшийся с февраля лёд. Робкое мартовское солнце пробивалось сквозь редкие облака... ну, и так далее, подумал Ахиносеев и прикрыл глаза. Он был не писателем, но человеком начитанным. - Дворник! Эй, татарин! Скажите, какое сегодня число? - спросил он вежливо. - Я таджик! - весело отвечал дворник. - А число сегодня шестое. Март месяц. Март. И закивал в подтверждение нехитрых этих слов. Ахиноссев посильнее запахнул чёрное пальто. Витька Гринвич подарил ему это пальто, когда немножко умер в декабре от тоски. Вылетевшая было из тела душа замешкалась, потом опустилась к земле и прошелестела: "Забирай!" Ахиносеев скинул брезентовую робу, стащил с не остывшего ещё Гринвича пальто, натянул на свои колючие плечи и уже не снимал. - Рафинаду не будет? - поинтересовался Ахиносеев у пробегавшей мимо студентки. Та вскинула брови, шарахнулась, побежала дальше. - А кипяточку? - спросил он у пожилого усатого господина в фуражке и шинели с барашковым воротником. - Чьто? - спросил человек с сильным грузинским акцентом. - Я говорю... - начал Ахиносеев и вдруг икнул. Господин в шинели улыбнулся. - Товарищ Сталин! - прошептал Ахиносеев. - Я балшой учионый! - гордо сказал Сталин. - В языкознаньи знаете вы толк... - по инерции продолжил Ахиносеев. - А ви? - спросил Сталин. - А что я... - Ахиносеев махнул рукой. - Простой советский заключённый... Сталин широко засмеялся и ушёл в сторону Кремля. Ахиносеев тут же забыл о нём. Он стоял на остром ветру, вокруг худых его ног вилась позёмка, слеза прожигала очередную дорожку в правой щеке. Левая давно уже была изрыта глубокими оврагами и каньонами, по ним можно было изучать историю и географию. И если бы у Ахиносеева было зеркало, он бы сразу понял, что земля - круглая. А на Северном полюсе зимой всегда шапка. - Скоро весна, - сказал Ахиносеев. - Уверен? - насмешливо спросил Гринвич. - Нет, конечно. - Тут не бывает весны, - напомнил Гринвич. - Знаю. - Тогда зачем попусту болтать? - Мечта нужна. Гринвич пожал плечами. Он стоял рядом и смотрел на Ахиносеева. Ахиносеев смотрел на людей. Люди ни на кого не смотрели - просто шли. Как вчера, как позавчера, как неделю и месяц, и год, и десять лет назад - шли, шли и шли. - Да это же мертвецы! - радостно осознал Ахиносеев. - Наконец-то, - вздохнул Гринвич. - А я тогда кто? - Кто хочешь, тот и ты, - сказал Гринвич и пошёл в сторону жизни. |
|